20:16 

Не та жизнь

Amnezyna
Граммар-далек Ѣ / Человек-кроссовер © Snake Gagarin
Этот текст я начала писать очень давно. Сначала он был миником. Потом вполне законченный миник потянул за собой продолжение и стал мидиком. А потом сами понимаете, что произошло с мидиком. Джо считает, что этот текст можно обрывать на любом абзаце и выдавать за законченный. И что вот этот кусок - вполне самостоятельная первая часть, потому что дальше всё заверте... И растяну... Короче, во всём нижеследующем следует винить Джо, это она уговорила меня выложить часть текста, который пока пишется, как самостоятельную вещь. А ещё я этот текст люблю, потому что писался он почти на одном дыхании, и на любимую мной тему.
Сеттинг In the Flesh, а вот герои - Холлиокс, хотя ничего из второго канона знать не нужно. Просто история двух людей, один из которых вернулся, но немного не так удачно, как в In the Flesh. Да, по моему мнению, вернувшиеся там вернулись именно удачно. У них были проблемы с семьями, с друзьями и знакомыми, но все они сознавали себя и находились в удивительной гармонии с собой. Здесь всё иначе.

Название, как обычно, рабочее. Но когда я написала первую часть первой части (гагага, лол), я обнаружила практически обложку к собственному тексту. Последние слова Брендана Брэди перед тем, как он сдался властям: "In the next life Steven". Это не я, это пафосный канон.
Автор арта YukoTVXQ



Не та жизнь
Каноны: Hollyoaks, In the Flesh
Персонажи: Сти Хэй, Брендан Брэди, Джон Уэстон, канонные и неканонные персонажи в количестве
Рейтинг: PG-13
Жанр: AU, кроссовер, ангст
Размер: миди, ~ 10700 слов
Дисклеймер: I owe nothing of this and thank God for that
Комментарий: В этой вселенной произошло второе восстание, которое ничем не отличалось от первого, кроме даты - рождество 2013 года. Но тогда восстали не все, кто умер в тот год.
Предупреждение: ОЖП, ангст, намёки на продолжение, атмосфера инди-фильма прилагается.


- Стивен? Стивен Хэй?

Сти оглянулся. Через порог кафе переступила девушка лет двадцати с небольшим.

- Да, - Сти оперся на метлу, которой секунду до этого приводил в порядок пол. – Чем могу вам помочь?

Он посмотрел на неё внимательнее. Яркой-красная блузка, тёмные брюки, высокие каблуки, копна тёмных длинных волос. В вырезе блузки виднелся массивный серебряный крест, Сти пригляделся к нему, но вовремя понял, что так долго пялиться в женское декольте неприлично и поднял взгляд.

- Меня зовут Тамара. Мне надо поговорить о Брендане Брэди.

Сти едва удержал в руках метлу. Сглотнул. Девушка всё так же стояла в дверях и смотрела на него почти умоляюще.

- Я сделаю нам чаю, - выдавил Сти.
- Спасибо, - ответила девушка.

На кухне Сти машинально включил чайник, открыл банку с заваркой, так же машинально поднёс её к носу, чтобы понюхать, как делал всегда, но не почувствовал запаха. Он засыпал три ложки в прозрачный френч-пресс, дождался щелчка, возвестившего, что кипяток готов, залил им заварку и глубоко вздохнул. Три года. Прошло три года. Он вспоминал Брендана, конечно, он его вспоминал, невозможно было выкинуть его из памяти. Но он никогда не говорил о нём вслух и перестал думать о том, что могло бы быть, если бы... И эта девушка – кто она? Сти вдохнул ещё раз, поставил на поднос две кружки, чайник, бутылочку с молоком, прибавил тарелку с печеньем и вышел в зал.

Тамара сидела на самом краешке стула, неестественно выпрямившись, и смотрела перед собой. Сти поставил на стол поднос, излишне поспешно, кружки звякнули. Тамара вздрогнула и подняла на него глаза. Сти присел на соседний стул, налил чаю – руки у него почти не дрожали, но он всё-таки пролил несколько капель на стол. Он протянул чашку девушке – та взяла её левой рукой и поставила рядом с собой, но через несколько мгновений сжала её в ладонях, словно хватаясь за спасательный круг.

- Вы обо мне никогда не слышали, - начала она, глядя в чашку.

Сти заглянул ей в лицо, она резко подняла голову.

- Я его дочь.

Кружка Сти стукнулась о стол.

- У него было двое сыновей, но дочерей не было.
- Я его дочь не по крови. Брендан был моим опекуном, но я привыкла думать о нём, как об отце.
- Он никогда не рассказывал о вас.
- О вас он тоже не рассказывал. Это нормально. Брендан никогда не говорил о тех, кого он любил по-настоящему, если это не касалось кровной родни.

Сти откинулся на стуле, но сразу же подался вперёд, нахмурившись. Тамара снова опустила взгляд в свою кружку, облизнула губы.

- Мне было семнадцать, когда я приехала сюда учиться. У моего отца – я имею в виду моего кровного отца – были дела с Бренданом, и он поручил ему, ну, знаете, присматривать за мной. И он присматривал. У него уже был Деклан, вот-вот должен был родиться Пэдди, но он всё равно находил время, чтобы заехать за мной в университет, купить мне мороженое – знаете, - Тамара посмотрела на Сти, - он всегда привозил что-нибудь вкусное.

Сти невольно кивнул.

- Он старше меня всего на десять лет, то есть был старше всего на десять лет, но с ним я чувствовала себя так, будто мне семь. Как-то я обмолвилась, что люблю игрушки. И представляете, он подарил мне куклу. Настоящую. Большую, фарфоровую, в платьице и со всякими расчёсочками и заколочками. Я плакала, как маленькая, - Тамара подняла руку и провела ладонью по щеке.

Сти протянул ей салфетку, чувствуя, что у него в горле тоже собирается ком. Тамара рассказывала о том, как Брендан утаскивал её с дискотек, которые считал неподходящими, как избил какого-то из её ухажёров, когда посчитал, что тот позволяет себе лишнее. А Сти вспоминал, как Брендан смотрел на Лиа и Лукаса. И как он смотрел на собственного сына – и как Деклан смотрел на него.

- Моему отцу всегда было на меня наплевать, - помолчав, сказала Тамара. – Брендан был единственным, кто по-настоящему обо мне заботился. Даже когда он переехал сюда, он каждую неделю звонил мне или присылал смс.
Она тщательно сложила салфетку и вдруг взяла Сти за руку.
- Расскажите о нём. О вас. Что угодно. О Рождестве – как вы отмечали Рождество? Он так любил Рождество.

Воспоминания свернулись внутри пёстрой лентой. Их первое рождество, когда он поцеловал Брендана, а тот выгнал его из дома. Их второе рождество, когда Брендан уронил его на подушки и целовал так, что Сти думал, что задохнётся, но ему было всё равно. Впервые за долгое время Сти вспомнил, какими были поцелуи Брендана. Никто и никогда не целовал его так – больно, как в последний раз, и он чувствовал себя хрупким и беспомощным, не в силах сопротивляться чужой страсти – он боялся этого, но ему нравилось терять голову, отдавать контроль в чужие руки и отдаваться без остатка. Брендан был единственным, кому не нужно было говорить об этом вслух, он брал всё сам.

Сти отпил почти остывший чай, потому что в горле пересохло. Тамара по-прежнему смотрела на него и сжимала его руку – всё крепче и крепче. Сти с усилием высвободился из её хватки.
- Я не знаю, что вам сказать. Брендана нет, и это его не вернёт.

Тамара глубоко вздохнула, подняла руку на уровень глаз, и её пальцы сделали несколько судорожных рваных движений – Сти показалось, что он узнал жест Брендана. Он не успел сказать ни слова, потому что Тамара вздохнула ещё раз, хлопнула по столу и исподлобья посмотрела на Сти.
- Что, если я скажу, что это не совсем так?

Сти вскочил, стул с грохотом упал на пол.

- Не может быть.
- Его поймали полгода назад под Дублином.
- Но… но ведь год назад было объявлено, что больше никого не осталось. Были официальные соболезнования…
- Брендан всегда хорошо прятался, даже слишком хорошо, - ответила Тамара.
- Но почему не сказали Шерил? Эйлин и его сыновьям?
- Потому что только я продолжала звонить и проверять списки. О нём бы не сообщили. Потому что он, - Тамара отвела взгляд, прикусила губу и глухо закончила, - потому что он оказался в числе тех, кто не отвечает на терапию.

Сти подобрал стул, преувеличенно аккуратно поставил его на место и сел.
- То есть он всё в том же состоянии?
- Не совсем. Мне сказали не терять надежды, потому что они ищут новые формулы. Но он вспомнил. Врачи сказали мне, что он произносил три имени. Деклан, Пэдди и Стивен. Поэтому я начала искать вас. Я прошу, нет, я умоляю, Стивен - пожалуйста. Пожалуйста, поедем со мной в Норфолк. Может быть, если он увидит вас, это станет толчком к его выздоровлению?
- Почему я? Почему не Деклан и не Пэдди?
- Они ещё дети. И… - Тамара начала говорить быстро и сбивчиво: - Его отцовские инстинкты живы. Когда его пытались задержать, он покалечил двоих полицейских, потому что защищал девочку, такую же, как он. Ему всегда надо было о ком-то заботиться, правда? - Тамара улыбнулась, но её глаза снова заблестели. - Вы, Стивен, - другое. Он любил вас. Вы были единственным, кого он любил настолько сильно, я это знаю.
- И что я должен сделать? Обнять его? Поцеловать живой труп?

Тамара сжала зубы.

- Вы ведь всё ещё любите его? - спросила она.
- Какая разница?
- Это простой вопрос, Стивен. Вы всё ещё любите его?

Что-то в голосе Тамары изменилось, Сти не понял, что именно - но ему опять почудились отголоски знакомых интонаций.

- Да! - рявкнул Сти. - Да! Я люблю его, любил и буду любить всегда. Но я люблю Брендана, а не ходячего мертвеца без памяти.
- Так почему вы отказываетесь помочь ему вновь стать Бренданом? Вы отказываете ему в его единственном шансе, Стивен. Вы понимаете, что убиваете его сейчас, в эту самую минуту? Окончательно убиваете?
Губы Сти тряслись, он весь дрожал, как в лихорадке. По лицу текли слёзы, которые он даже не пытался вытереть. Тамара подошла к нему и обняла - просто привлекла к себе и почти силой заставила положить голову к себе на плечо. Она гладила его по спине и по голове, а Сти плакал, и сам удивлялся тому, что не стесняется этой маленькой девушки, которую видит впервые в жизни. “Вы убиваете его”, - сказала она, и Сти вновь оказался в больничной палате много лет назад. Один раз - когда он едва не убил Брендана. Второй раз, когда он отдал бы всё, чтобы только не разлучаться с ним.

До Норфолка они ехали на машине Тамары. Долгих пять часов - Сти начал думать о том, не было ли ошибкой его согласие на поездку. Тамара сначала пыталась вовлечь его в разговор, опять о Брендане, наверное, считая, что так она поможет Сти настроиться, а может, ей действительно хотелось поговорить о нём. Сти помнил, как ему самому не хватало таких разговоров, когда он был тайной Брендана. Но эту девочку он ни от кого не прятал, и Сти завидовал её прошлому. И он не удержался.

- Так получается, что ты - член его семьи? - После того, как они сели в машину, он почему-то почувствовал себя ближе к Тамаре.

Тамара выкрутила руль, объезжая несуществующее препятствие.
- Не совсем. Эйлин меня недолюбливала, особенно первое время.
- Почему?
- Сам посуди: какой беременной женщине с маленьким ребёнком на руках понравится, что около её мужа вьётся молоденькая вертихвостка?
- Так у Эйлин был повод?

Сти постарался, чтобы вопрос не прозвучал грубо, и Тамара улыбнулась.

- Каждая девочка немножко влюблена в своего отца, так ведь? Все психологи так говорят. В Брендана сложно было не влюбиться, мне было семнадцать, а он был красив, как кинозвезда, и так же обаятелен. Вот только он вёл со мной себя так, что ни малейших шансов у меня не было. Но спокойствие Эйлин было для него превыше всего, пока она ждала Пэдди, и Брендан старался проводить время со мной, не говоря об этом Эйлин. Я уже потом это поняла, через пару лет.

Сти почувствовал, что у него с Тамарой чуть больше общего, чем он думал изначально.

- Выходит, Брендану всё время приходилось кого-то прятать.

Тамара пожала плечами.

- А сейчас ты с ними общаешься?
- Немного. Мы никогда не были близкими друзьями, но с Декланом и Пэдди мы перезваниваемся на праздники.
- А они знают..? - Сти не договорил.
- Нет. Мальчики не должны видеть своего отца в таком состоянии. Брендан бы этого не хотел.

Пальцы Тамары крепче сжали руль, и Сти в очередной раз за сегодняшний день поймал себя на мысли, что верит в то, что Тамара могла бы быть дочерью Брендана. Родной по крови.

Сти повезло. Наверное, повезло - он старался не просчитывать вероятности, не строить предположений. Он был одним из немногих, кто видел лечебницу в Норфолке только по телевизору, в многочисленных репортажах о встречах семей с восставшими родными, несколько передач, посвящённых ожившим знаменитостям. Ему не звонили оттуда и не сообщали о том, что кто-то из его близких ждёт, чтобы его забрали домой. Ни в первый, ни во второй раз. Сти догадывался, что телевизионщики приукрашивают, а газетчики, пишущие ужасы о “подвалах Норфолка”, наоборот, сгущают краски. Но реальный Норфолкский медицинский центр потряс воображение Сти гораздо больше, чем он предполагал. Высокие серые без единого пятна другого цвета стены, увитые поверху колючей проволокой, с фонарями и вышками. Тюрьма. Сти почувствовал, как все его внутренности стягивает узлом: он уже был у Брендана в тюрьме, давно, в прошлой жизни - и его, и Брендана. История повторялась, но в виде какого-то жуткого гротеска, и Сти хотелось снова проснуться, выйти в магазин и не найти там темноволосой девушки в яркой блузке.

Железные ворота разъехались с режущим уши металлическим лязгом. Сти покосился на Тамару - она выглядела потрясающе спокойной, только едва заметно хмурила брови. Они вылезли из машины почти синхронно, Тамара привычным движением надела на шею бейдж с надписью “Посетитель”, приладив его на карман пальто, чтобы его было видно. Сти запутался в ленточке своего бейджа, Тамара пришла ему на помощь, расправив ленту и перевернув цветной прямоугольник нужной стороной вверх.

- Сколько раз ты здесь была? - шёпотом спросил Сти, потому что физически не мог говорить громко.
- Семь, - вполголоса ответила Тамара. - Это восьмой.
- Семь раз? - Сти не предполагал, что шёпотом можно кричать.

Тамара не ответила - она втаскивала из карманов всё их содержимое и складывала на столик, чтобы пройти в очередную дверь. Сти шёл за ней, бездумно повторяя все её действия, и с каждым шагом чувствовал, что ноги слабеют. Он не хотел видеть Брендана. Он не хотел видеть Брендана таким. Он вспоминал телевизионные передачи в первые месяцы восстаний, второе ничем не отличалось от первого: оскаленные пасти, жуткие глаза, нечеловеческие лица. Что, если Брендан выглядит так же? Он зажмурился, представляя себе Брендана тогда, когда они только познакомились: статного, молодого, без проседи в смоляных волосах, с пронизывающим взглядом серо-голубых глаз, от которого кидало то в дрожь, то в жар. Лучше бы он умер совсем - Сти прогнал предательскую мысль, но она крутилась в голове, не желая уходить.

Очередная дверь захлопнулась за их спинами, Сти поёжился - кругом был только бетон и железо, даже в той тюрьме, где сидел Брендан в прошлый раз, было как-то - Сти удивился собственному выбору слова - уютнее. Норфолкская лечебница давила, потому что в ней не было совершенно ничего, что напоминало бы о живых людях: на контрольных пунктах стояли одинаково неприветливые мужчины в военной форме, а единственными живыми существами, встречавшимися в одинаковых полутёмных коридорах, были бесшумные, как призраки, люди в белых халатах.

Сти вздрогнул, когда один из этих людей вдруг резко свернул в их сторону.

- Мисс Любич, рад вновь вас видеть, хотя и по столь безрадостному поводу.
- Доктор Уэстон, - Тамара протянула ему руку, и обернулась к Сти. - Это мистер Хэй, о котором я говорила.
- Приятно познакомиться, - Уэстон потряс безвольную руку Сти. - Вы понимаете, состояние мистера Брэди оставляет желать много лучшего, но мы надеемся, что ваше присутствие окажет на него благотворное воздействие.
- Я могу отказаться? - неожиданно выпалил Сти.

Уэстон нахмурился и взглянул на него непонимающе. И только Тамара ахнула и прежде, чем Сти успел отреагировать, закатила ему пощёчину.

- После всего, что он для тебя сделал! - прошипела Тамара. - После всего этого ты хочешь предать его ещё раз?

Сти отшатнулся, схватившись за щеку, Уэстон, обхватив Тамару за плечи, оттащил её в сторону. Но та стряхнула его руки и остановилась, глядя на Сти блестящими от ярости глазами, сжимая и разжимая кулак на уровне лица. Очень знакомым движением. Сти выпрямился и опустил ладонь, на его побледневшей щеке алело пятно. Нет, вовсе не удар напомнил ему о прошлом. Что-то другое, совсем другое.

- Я готов, - сказал он.
- Вы уверены? - осторожно переспросил доктор Уэстон.

Сти коротко кивнул и покосился на Тамару. Её губы сжались в тонкую полоску, на Сти она не смотрела, устремив взгляд на Уэстона. Доктор сделал жест, приглашая их следовать за собой.

Они остановились около ободранной двери - конечно же, железной, как и всё в этом чёртовом здании. Клацнула металлическая шторка, закрывающая смотровое окошко, в которое сперва заглянул безмолвный охранник, и только потом в замке повернулся ключ.

- Учтите, зрелище не из приятных. Но это обычная меру, которую по правилам положено применять к тем, кто иммунен к базовому составу сыворотки. Он безопасен, его держат на успокоительных. Постарайтесь отреагировать спокойно.

Дверь распахнулась. Рядом со Сти прерывисто вздохнула Тамара, Сти коротко оглянулся на неё, но она улыбалась. Он не сразу понял, что улыбка была ненастоящей, и вновь повернул голову к открывшейся двери.

В пустой крохотной камере с грязно-синими стенами на деревянном лежаке сидел, опустив голову, темноволосый человек в когда-то белой, а сейчас - замызганной, в потёках и пятнах, робе. Из широких рукавов виднелись худые запястья в тёмных не то шрамах, не то следах грязи. От лодыжки к стене тянулась металлическая цепь.

Сти поднял руку ко рту и схватился другой рукой за рукав доктора Уэстона.

- Вы держите его на цепи?!
- Тише! - шёпотом прикрикнул на него Уэстон. - Я предупреждал вас. Не беспокойте его.

Сти зажал себе рот рукой, а человек в камере медленно поднял голову. Его лицо заросло бородой до самых щёк, немытые волосы падали на мраморно-белый лоб, щёки ввалились, а глаза - Сти не мог отвести взгляда. Он пытался представить себе, каково это будет, но реальность оказалась в сто крат страшнее. Это были черты Брендана - измученного, измождённого, но всё-таки Брендана, измятая грязная тюремная одежда была злой пародией на великолепные костюмы, которые так хорошо помнил Сти. И цвет грозового неба ушёл из глаз того, кто когда-то был Бренданом Брэди. Из-под нависших бровей на Сти смотрели совершенно белые глаза с тёмными провалами зрачков. Сти пошатнулся, с одной стороны его подхватил Уэстон, с другой он почувствовал крепкую хватку Тамары.

- Привет, папа Брен, - голос Тамары звучал неуместно звонко и радостно под серыми сводами на пороге камеры с прикованным к стене существом. - Смотри, я сегодня не одна. Я обещала, что приду не одна, помнишь? Узнаёшь?

Она грубо дёрнула Сти за руку, выталкивая впереди себя. Сти попытался улыбнуться, но собственное тело ему не подчинялось.
- Привет, Брендан, - выдавил он, пытаясь найти в камере хоть что-нибудь, на чём можно остановить взгляд, но он всё равно возвращался к лицу человека, сидящего на скамье.

Человек медленно повел головой вправо и влево, словно примериваясь к чему-то. Бесцветные глаза смотрели прямо в глаза Сти, и Сти опять начала бить дрожь, но Тамара перехватила его за талию свободной рукой, не давая упасть.

Человек как в замедленной съёмке поднял левую руку - рукав робы соскользнул, обнажая костлявое предплечье, израненное до локтя - теперь Сти не сомневался, что чёрные отметины - это шрамы. Тамара за его плечом с шумом втянула воздух. На них были направлены два пальца, указательный и средний, мизинец и безымянный поджаты к ладони. Человек в грязной робе сделал рваной движение ладонью, разворачивая её вверх, разомкнул синие губы и прохрипел:

- Стивен?

***

Спустя полчаса Сти и Тамара сидели в кабинете у Джона Уэстона, Сти держал в руках стакан с водой, которой он только что запил выданную доктором таблетку успокоительного. Оказалось, что и у Тамары были с собой какие-то лекарства, но она доверила Сти Уэстону. Сам врач не скрывал радостного возбуждения.

- Прекрасный результат, мистер Хэй. Откровенно говоря, я согласился на эту авантюру только для того, чтобы успокоить Тамару - простите, Тамара. Но эффект налицо. Мистер Хэй, если бы вы согласились нанести ещё несколько визитов, то в сочетании с определёнными изменениями в медикаментозном воздействии мы могли бы надеяться на дальнейший прогресс.

Сти кожей почувствовал, как рядом напряглась Тамара. Она старалась лишний раз не смотреть на него - а у Сти всё ещё ныла рука повыше локтя, там, где в неё вцепилась Тамара, когда демонстрировала его Брендану. Белые глаза. Парализующие взглядом белые глаза - и такой знакомый изгиб губ, пусть и синеватых, а не розово-алых. Проступающие на висках вены. Сти прикрыл веки и почти незаметно кивнул. Потом поднял голову и кивнул резче.
- Да, я постараюсь. Да.
- Отлично, - доктор Уэстон хлопнул ладонью по столу. - Я бы посоветовал вам приехать как можно раньше, чтобы воспоминания мистера Брэди не успели вновь уйти в подсознание.
- Я смогу не раньше, чем через, - Сти загнул несколько пальцев, подсчитывая, - четыре дня. Это не поздно?
- Нет, в самый раз. Мы пока изменим схему стимуляции, - впрочем, это медицинские детали, вам они ни к чему. Ещё раз спасибо, мистер Хэй. И вам, Тамара.

Сти вышел из кабинета первым, Тамара задержалась ненадолго, но быстро нагнала его. Они вновь миновали множество дверей и коридоров, следуя за охранником в камуфляже. Сти невольно вздохнул полной грудью, когда за ними захлопнулась последняя дверь. Тамара повернулась к Сти и сказала:
- Если у тебя проблемы с машиной, я могу возить тебя сюда столько, сколько понадобится. Только нужно заранее оговорить расписание.

Это были первые слова, которые Тамара произнесла с момента выхода из кабинета доктора Уэстона. И вообще первые слова, которые Тамара адресовала ему после встречи с Бренданом.
- Сама-то ты когда сюда собираешься в следующий раз?

Тамара обернулась к Сти. Она хмурила брови, отчего выражение лица было почти страдальческим.
- Мне больше нет смысла приезжать. Джон сказал, что Брендан даёт отличную реакцию на тебя, и от меня в этом толка больше нет, - она горько усмехнулась. - На меня он почти не реагировал, а тебя узнал сразу же.

Сти протянул руку к её плечу, но она резко уклонилась.
- Моего предложения это не отменяет. Ты нужен Брендану.
“Гораздо нужнее, чем я”, - услышал Сти. Тамара смотрела на него, не моргая.
- Спасибо, я буду добираться сам. Если захочешь навестить его вдвоём - только позвони.

Тамара кивнула и открыла дверцу машины. Сти был уверен, что она не позвонит.

***

Поездка в Норфолк на поезде отнимала гораздо больше времени, сил, да и, что уж греха таить, денег. Сти пришлось выложить полторы сотни фунтов за то, чтобы добраться до Нориджа, а оттуда ему предстояло доехать бесплатным автобусом до самой лечебницы. Но поскольку поток тех, кто приезжал в медицинский центр навестить или забрать излечившихся родственников иссяк год назад, то автобус ездил скорее по привычке, чем по расписанию, и потому Сти пришлось мёрзнуть на пронизывающем осеннем ветру около часа. Так что у железных ворот он оказался только к обеду.

В одиночку в центре было, как ни странно, спокойнее, чем с Тамарой. Пусть Сти путался в том, что именно надо предъявить на очередном пропускном пункте, но охранники, хоть и оставались профессионально бесстрастными, казались ему более дружелюбными, чем при первом визите. Доктор Уэстон был в приподнятом состоянии духа.

- Вы сами, скорее всего, не заметите внешних изменений, мистер Хэй, но поверьте, они есть. Ваш случай, случай мистера Брэди, очень интересен. Я понимаю, что, возможно, вы не захотите отвечать на мои вопросы, но я должен их задать: могли бы вы рассказать о деталях ваших отношений с мистером Брэди при жизни? Это очень важно для дальнейшего лечения подобных случаев.

Сти, напряжённый перед второй встречей с Бренданом, пропустил половину реплик доктора мимо ушей, но сумел выцепить из потока речи слово “отношения”. Да, он мог бы рассказать многое о Брендане Брэди, но имел ли он на это право? Каждый раз, когда он пытался раскрыть кому-то хотя бы малую часть того, что творилось между ними, всё летело в тартарары. По крайней мере, так было при жизни. Сти не хотелось проверять, изменилось ли что-то после смерти.

- Простите, доктор Уэстон, я бы пока не хотел говорить об этом, если можно. Брендан… Мистер Брэди…

Он окончательно сбился с мысли, но Уэстон ободряюще, хотя и несколько неуверенно, прикоснулся к его плечу.
- Всё нормально. Это ваше право - не разглашать личную информацию. Пойдёмте. Сегодня вы сможете провести с ним четверть часа или чуть больше.
- Что я должен делать?
- Просто разговаривать. Можете попробовать вспомнить что-то о тех временах, когда он был жив, что-нибудь запоминающееся. Можете говорить о себе. Мистер Брэди реагирует на ваше присутствие и звук вашего голоса.
- Он поймёт хоть что-нибудь?
- Возможно. Иногда он демонстрирует высокий уровень отдачи, ох, простите, я опять сыплю медицинскими терминами. Главное - ведите себя как обычно.

Сти едва не рассмеялся. Для доктора в словах “как обычно” не было никакого противоречия. “Как обычно” рядом с Бренданом. Для него это были и страх, и желание, и нежность, и боль, и ненависть. Сти не знал, что именно должен увидеть Брендан для того, чтобы стать самим собой, и посоветоваться ему, как и всегда, было не с кем.

Они остановились перед знакомой Сти дверью, но прежде, чем она открылась, Сти схватил Уэстона за руку.

- Скажите, а можно… можно снять с него цепь? И надеть на него что-нибудь другое? Я могу привезти что-нибудь более подходящее. Он очень следил за собой, до того, как умер, - Сти потёр лоб, потому что вырвавшаяся фраза прозвучала слишком больно.

- Правила, - развёл руками Уэстон. - Правила. Я ничего не могу поделать.

- Это важно, доктор. Правда, важно. Может быть, он вспомнит что-то, если почувствует себя так, как раньше.

Уэстон перевёл взгляд со Сти на дверь и обратно, наморщил лоб, прикидывая что-то.

- Хорошо. Привезите одежду. Но цепь пока останется на нём, мистер Хэй. Требования безопасности. Вашей безопасности, в первую очередь.

Дверь открылась, и Сти шагнул в камеру с синими стенами.

В этот раз Брендан сидел на своей постели с ногами, обняв колени. Сцепленные пальцы с синими грязными ногтями чуть подрагивали. Сти почувствовал, как картинка перед глазами стремительно мутнеет, сморгнул.

- Брендан?

Тот повернул голову - очень медленно. Сти уже понял, что все реакции этого Брендана будут замедленным кино. Белые глаза всмотрелись в Сти, одна рука соскользнула - почти упала - вниз, но поднялась вновь, протянутая к Сти.

- Стивен.

Брендан никогда не звал его сокращённым именем. Даже в минуты крайнего раздражения, даже в постели. Для всех он был Сти. Для Брендана, единственного из всех, он всегда был только Стивеном. Сти моргнул ещё раз и еле удержался, чтобы не взяться за страшную мраморную руку с обломанными ногтями.

- Видел бы ты себя сейчас, - Сти откашлялся. - Ты говорил, что белый тебе не идёт, если только это не рубашка, а таких рубашек уже лет триста никто не носит. Ты отстал от моды, это так на тебя непохоже. Знаешь, я договорился, я привезу тебе что-нибудь. Вряд ли костюм, ты его тут изомнёшь, а настоящий мужчина не должен носить мятый костюм, так ты меня учил? Я привезу тебе какую-нибудь рубашку, поярче. Не знаю, какой цвет сейчас будет смотреться на тебе лучше. Может быть, фиолетовый? Или голубой. А может быть, лучше футболка, не так элегантно, но зато ты не будешь так переживать из-за того, что она помнётся, а тебе негде будет её погладить.

Его словно прорвало. Он понимал, что несёт откровенную чушь, и в другое время Брендан бы давно его заткнул, так или иначе, и сказал бы, что он слишком много говорит. Но этот Брендан только неотрывно смотрел на него и хмурил брови. Он спустил ноги на пол и сел, широко раздвинув колени и положив одну руку на одно из них. Вторая рука судорожно дёргалась, и Сти чудилась в рваных движениях пальцев знакомая экстатическая пляска.

- Мне очень хочется дотронуться до тебя, - сказал Сти неожиданно для себя самого. - Но они мне пока запрещают. Постарайся, пожалуйста, прийти в себя побыстрее. Я скучал, Брендан, я и сейчас по тебе скучаю.

Синеватые губы раскрылись, показался неестественно тёмный язык, обошёл обветренную кожу.

- Скучаю, - произнёс человек осипшим голосом Брендана. - Стивен. Скучаю.

Сти сжал кулаки, глубоко вонзая ногти в ладони. С усилием провёл левой рукой под носом, потёр оба глаза.

- Извини, - сдавленно сказал он. - Извини, я больше не могу.

И он заколотил в железную дверь.

***

Через пару дней Уэстон позвонил ему сам. Сти стоял за прилавком, заворачивая в бумагу сэндвич для Селин Макуин, когда раздалась резкая трель звонка. Сти отдал покупку, взял мелочь одной рукой, другой достал телефон, и чуть не выронил монеты, прочитав имя абонента.

- Простите, это срочно, - он даже не взглянул на свою покупательницу и кинулся в подсобку.

- Мистер Хэй? - голос Уэстона звучал словно издалека и оттого неузнаваемо.

- Да, да, что с Бренданом? - прокричал Сти в трубку.

- Мистер Хэй, мы были бы признательны, если бы вы смогли приехать завтра или послезавтра, как можно скорее.

- Что с ним? - крикнул Сти ещё раз. - Что с ним?

- Всё хорошо, мистер Хэй. Мы считаем, что следует как можно быстрее провести повторный сеанс. Вы в прошлый раз говорили об одежде - можете её привезти.

- Я приеду завтра! Первым поездом!

Сти нажал кнопку отбоя и быстро положил телефон на стол, потому что он норовил выскользнуть из ставших влажными пальцев. Он ухватился за стол и качнулся вперёд, прислоняясь лбом к прохладному кафелю. Спустя несколько мгновений, успокоив дыхание, он вспомнил, что у прилавка остался покупатель. Он выскочил назад.

- Сти, всё в порядке? - Селин посмотрела на него встревоженно. - На тебе лица нет.

- Да, да, всё хорошо, всё просто замечательно. Я тебе что-то должен?

- Вообще-то я должна тебе ещё пятьдесят три пенса.

- Ничего не надо, Селин, спасибо. Спасибо!

- Ну, как скажешь, - она деловито уложила сэндвич в сумку и пошла к выходу, несколько раз оглянувшись на Сти.

Но тот уже не смотрел в её сторону, набирая номер Дилана, своего сменщика.

- Ты срочно мне нужен. Подменить на день, нет, на два. На сегодня и завтра. Может быть, и на послезавтра тоже. Оплата полуторная. У тебя двадцать минут.

Когда Дилан открыл дверь кафе, Сти едва не сшиб его с ног, впечатал ему в грудь ключи от кассы, скороговоркой пробормотал: “Завтра меня не будет, не звони”, и со всех ног побежал в сторону торгового центра.

Он долго прикладывал к себе тёмные футболки без рисунков, какие Брендан обычно надевал под свою кожаную куртку, пытаясь вспомнить, насколько плечи Брендана были шире его плеч. Но в памяти всплыло туго обтянутое кожей запястье, и Сти понял, что сейчас Брендану нужны вещи на размер, если не два, меньше. Незнакомая молоденькая продавщица посылала в сторону Сти улыбки, но он намеренно их игнорировал. Ему казалось, что он должен сделать всё в одиночку, потому что это только его дело и дело Брендана. Он выбрал три футболки - две побольше, одну, на всякий случай, поменьше, взял спортивные брюки, напомнившие ему те, что Брендан носил в спортзале. Проходя мимо стойки с нижним бельём, Сти задержался, поднял глаза к потолку, потом решительно взял пару чёрных боксеров, прибавил к ним носки и направился к кассе.

- Ого, да вы основательно закупились, - проворковала продавщица. - На вас будет великовато. Или вы не себе?Другу? Брату? Отцу?
- Любовнику, - резко ответил Сти.

Девушка приоткрыла рот, хлопнула накрашенными ресницами, поджала губки и быстро выбила чек. Она потянулась за вещами, чтобы уложить их в пакет, но Сти почти грубо вырвал его у неё из рук, аккуратно переложил купленное и, не прощаясь, вышел из магазинчика. Уже на выходе из торгового центра он вдруг покосился на яркую витрину с золотыми буквами и свернул в её сторону.

Домой он вернулся позже обычного, но спать ему не хотелось. Он просмотрел расписание поездов на ночь, потом ещё раз взглянул на распечатку с кредитки. Первая поездка не слишком подорвала его бюджет, но вот одежда для Брендана и второй поезд заставляли залезть в отложенное на подарок для Лукаса. Сти взялся за телефон и щёлкнул отъезжающей крышкой, чтобы набрать номер, но в последний момент остановился, закрыл телефон, уперев в подбородок, потом поднёс его к губам и задумался. Ему не хотелось вмешивать в это Тамару. Так же, как ему не хотелось, чтобы руки продавщицы дотрагивались до одежды Брендана. В голове мелькнула безумная мысль: оставить кафе на неделю на Дилана, а самому поселиться где-нибудь в Норидже, чтобы каждый день ездить в центр. Так бы вышло гораздо дешевле. Единственное, в чём Сти был не уверен, так это в том, что он выдержит ежедневный взгляд пустых бесцветных глаз и бессвязные слова, произнесённые таким знакомым голосом.

Сти оплатил билеты, переставил будильник в телефоне на три часа ночи - ему ещё нужно было добраться до вокзала, откуда в шесть утра отходил поезд, зачем-то погладил по глянцевому боку пакет с одеждой и пошёл в ванную. Он долго и тщательно брился, не очень понимая толком, зачем он это делает. Потом долго рылся в шкафу, пока наконец не обнаружил в самом углу полки чёрную измятую футболку с ярко-розовыми буквами на груди. Сти улыбнулся и включил утюг.

В три часа ночи Сти вскочил с дивана, на котором дремал полуодетым, подхватил пакет, ощупал карман куртки, и, убедившись в том, что его содержимое на месте, почти выбежал из дома.

Очередной звонок от доктора Уэстона застиг Сти, когда тот проезжал Нортгемптон. Спросонья Сти прошиб липкий пот, когда он нажимал клавишу приёма, но оказалось, что Уэстон просто хочет встретить его на вокзале. Сти поблагодарил доктора, уточнил время своего прибытия и вновь провалился в дрему. Ему снилось, что его обнимает кто-то очень родной, но он не может обернуться, чтобы посмотреть, кто стоит у него за спиной, по-хозяйски сцепив руки у него на талии.

Доктор Уэстон уже ждал его. Увидев в руках Сти пакет, он поинтересовался:
- Это новая одежда, верно?
Сти кивнул.
- Я постарался подобрать что-то такое, в чём бы он чувствовал себя уютно.

Уэстон завёл машину - небольшой видавший виды красный “Опель”. Сти удивился про себя, что учёный с мировым именем, знаменитость и магнат ездит на таком рыдване. В этот момент Сти неожиданно понял, что всё это время он запросто общался с одним из самых влиятельных людей Британии, а может, и всего мира. От этой мысли ему сделалось не по себе, но ненадолго. Уэстон наконец сумел совладать со своим автомобилем, они тронулись с места, и доктор почти сразу же заговорил.

- Не хочу вселять в вас ложной надежды, мистер Хэй, но с момента вашего визита в состоянии мистера Брэди произошли положительные сдвиги. Он вышел из кататонического ступора, стал больше говорить. Поэтому я вызвал вас. Я не могу обещать вам, что он моментально перейдёт в стабильное состояние, в котором находятся те страдающие PDS, которые реинтегрированы в общество, я даже не могу вам обещать, что он когда-либо его достигнет, но он прогрессирует. За ту неделю, что прошла с момента вашего первого визита, в психологическом плане он достиг больше, чем смогли мы за предыдущие полгода. Я специально уменьшил дозу успокоительного, поэтому должен вас предупредить, что все прежние меры предосторожности будут сохранены.

- То есть он всё ещё на цепи, - уточнил Сти.
- Боюсь, что так, - подтвердил Уэстон.
- Вы должны его освободить, - твёрдо сказал Сти. - Иначе я отказываюсь с ним взаимодействовать.
- Мистер Хэй, вы не понимаете всей серьёзности положения. Мистер Брэди всё ещё нестабилен, он в любой момент может причинить вам вред.
- Я прекрасно знаю, какой вред он может причинить. Я сумею с этим справиться, - ответил Сти. - Просто снимите с него цепь.

Доктор Уэстон покосился на него, но промолчал. Сти позволил себе немного расслабиться, и вспомнил о том, что думал остаться в Норфолке на несколько дней.
- Доктор Уэстон, скажите, завтра и послезавтра я ещё буду нужен? Я думал задержаться на пару дней, если это будет полезно для Брендана.
- Сложно сказать. Реакции мистера Брэди сейчас настолько расходятся со всеми нашими прежними данными по подобным случаям, что я не берусь предсказать следующий этап. Дело в том, что он - единственный, кто сумел дать такой отклик на терапию. Именно поэтому нам так важен этот эксперимент.
- Он для вас только эксперимент.
- Все, кто содержался в нашем медицинском центре, - пациенты и объекты эксперимента. Не поймите меня неправильно, мистер Хэй. Мы не ставим опыты ради опытов.
- Вы держите его на цепи и прикрываетесь правилами, хотя убеждаете меня в том, что хотите опять - как вы это называете - реинтегрировать его в общество?
- Успокойтесь, мистер Хэй.

И Сти моментально остыл, потому что голос Уэстона звучал слишком устало. Наверное, у Уэстона тоже кто-то умер и восстал. Наверное, он тоже просиживал целые дни, пытаясь сделать так, чтобы в пустых светлых глазах зажглась хотя бы искра мысли и понимания. Наверное, ему было тяжелее, чем сейчас Сти, потому что у него не было надежды. Сти подтянул к груди пакет, сползший с коленей, обнял его и отвернулся к окну.

Оставшись в кабинете Уэстона в одиночестве, он вытащил из кармана маленькую чёрную коробочку, но открывать не стал, просто прижал её к губам, блуждая рассеянным взглядом по развешанным на стене графикам и схемам. Одежду у него забрали, оставив только одну футболку и уточнив, что переоденут Брендана после купания. Сти предложил свою помощь, но Уэстон отрицательно покачал головой, сказав, что пока не доверяет поведению Брендана. Сти хотел ответить, что всё, что Брендан может ему сделать, он уже делал с ним в прошлой жизни, но промолчал. Потому что подумал, что многое бы отдал за то, чтобы Брендан ударил его сейчас - но посмотрел при этом как раньше, безумным яростным взглядом.

На пути к камере Брендана Сти уже не путался в коридорах и только смущённо улыбался, в очередной раз предъявляя свой бейдж не в то окошечко. Перед последним поворотом Сти залез в карман, нащупал там маленький предмет и, зажав его в кулаке, тронул Уэстона за плечо.

- Я хочу отдать ему это.

Сти раскрыл ладонь. На ней лежал массивный серебряный крест на длинной прочной цепочке.

- Нет, это невозможно. Приступ - и он просто задушит себя.
- Но это важная для него вещь! Он не снимал его при, - Сти поперхнулся, - раньше. Он очень много для него значил. Не верите - спросите Тамару!
- Мисс Любич говорила, что мистер Брэди был религиозен, но мы не можем рисковать.
- Вы можете держать его прикованным на цепи, но отказываетесь надеть цепочку ему на шею? - Сти сжал крест так крепко, что ощущал, как он впечатывается в кожу. - Почему я вымаливаю у вас всё, что может по-настоящему помочь ему вспомнить что-то?
- Потому что это работает не так! - рявкнул Уэстон, тут же поморщился и отступил к стене. - Простите, мистер Хэй.
- Сти.
- Что?
- Зовите меня Сти. Мне так привычнее.
- Хорошо, мистер… Сти. Я хочу, чтобы вы поняли меня правильно. Случай мистера Брэди, как я уже вам говорил, один большой знак вопроса. Мы нарушили почти все правила, допустив к нему мисс Любич, мы нарушили ещё больше правил, разрешив вам общаться с ним. Мы - лично я - боюсь за состояние Брендана так же, как и вы, и не могу рисковать им.

Джон Уэстон пристально посмотрел на Сти. Протянул руку. Сти нехотя разжал кулак, ему не хотелось выпускать крест из пальцев. Видимо, Уэстон это понял, потому что опустил руку и произнёс:
- На сегодняшний сеанс. Он всё равно проходит под наблюдением.

Сти вздрогнул, потому что лишний раз озвученная мысль о том, что каждое произнесённое им слово слышит кто-то посторонний, и каждая их маленькая с Бренданом тайна препарируется людьми в белых халатах, вызывала в нём только одно желание - сбежать отсюда подальше, забыв доктора Уэстона, Тамару и бледного человека, так похожего на Брендана Брэди. Но его пальцы опутывала цепочка с крестом, в который он, засыпая вчера вечером, нашептал столько молитв, сколько помнил.

Тёмная футболка подчёркивала неестественную бледность кожи Брендана и странно сочеталась с обрамлявшей его лицо бородой. Он поднял голову на звук открывающейся двери, и Сти улыбнулся почти невольно, потому что на этот раз чёрные точки зрачков остановились на нём совершенно осмысленно.
- Привет, Брендан.
- Стивен.
Голос был не таким хриплым, и рука, протянутая Сти, дрожала гораздо меньше. Сти оглянулся на двух дюжих санитаров, зашедших вместе с ним.
- Я принёс тебе подарок. Вот, смотри, - он выставил вперёд ладонь и крест тускло блеснул в безжизненном галогеновом свете.

Брендан наклонил голову набок, разглядывая протянутую ему вещь. Санитары синхронно встали с обеих сторон от Брендана, и один из них кивнул Сти. Сти подошёл, невольно втягивая носом воздух: в прошлые разы от Брендана тянуло кисловатым запахом глубоко больного человека. Сейчас его свежевымытые волосы были чуть влажными и пахли какой-то отдушкой дешёвого шампуня, к ней примешивался острый запах дезинфекции. Обычно Брендан пах неповторимой смесью едкого одеколона, алкоголя и едва заметно - пота, но запах не раздражал, наоборот, Сти утыкался носом в шею Брендана, закрывал глаза и прятался в его объятиях, зная, что Брендан насмешливо ухмыляется над его макушкой.

Он встряхнул головой, расправил цепочку и аккуратно застегнул её на шее Брендана, стараясь не касаться его кожи. От Брендана веяло холодом, как от каменной статуи. Он шевельнулся - и его тут же схватили за обе руки санитары. Сти вскрикнул, Брендан вздрогнул и напрягся, пытаясь встать. В камеру влетел доктор Уэстон. Он махнул одной рукой санитарам, второй отбросил Сти за проведённую на полу линию.
- Спокойно! Всё хорошо. Брендан? Брендан, всё в порядке?
- Брендан? - из угла крикнул Сти, проклиная себя.

Брендана била дрожь, но он смотрел только на Сти. Уэстон сделал жест рукой, санитары отпустили заломленные руки Брендана и тот, всё ещё дрожа, сложил их на коленях, но почти сразу же поднял левую руку и неуверенными царапающими движениями нащупал крест на шее. Опустил глаза. Его губы шевельнулись, ещё раз.
- Всё хорошо, - по слогам произнёс он.

Уэстон бросил быстрый взгляд на Сти. Тот кивнул и выпрямился.

- Это не тот крест, что был у тебя, - начал Сти преувеличенно бодро, - просто похож.

Пальцы Брендана продолжали скрести по футболке, цепляясь за неё ногтями, - он оглаживал крест. Доктор Уэстон внимательно посмотрел на Брендана, потом на Сти, перевёл взгляд на санитаров - и вышел. Санитары последовали за ним. Дверь захлопнулась и Сти остался один на один с Бренданом.

- Хорошо выглядишь, - сказал Сти. - Правда, хорошо.

Он безбожно врал, потому что хорошо худые руки Брендана, покрытые застарелыми шрамами и свежими царапинами, не выглядели. Не выглядели хорошо ни жилистая шея, ни выступающие ключицы в вырезе футболки. Только привычно наполовину выглядывал из-под короткого рукава кусок татуировки, которую Сти знал наизусть - эту татуировку он любил целовать. Эту - и ещё одну, на левой стороне груди, над соском. Он снова тряхнул головой и заставил себя посмотреть Брендану в глаза.

- Ты… тоже, - так же по слогам произнёс Брендан, как будто он подбирал слова на иностранном языке.

Сти отвернулся к стене и быстро вытер глаза тыльной стороной ладони.

- О чём бы тебе рассказать? Ну не о работе же. Лиа и Лукас, ты же помнишь их? Помнишь? Мои малыши?

Он подождал пару секунд, пока Брендан несколько раз стукнул себя в грудь зажатым в кулаке крестом и кивнул. Потом кивнул ещё раз и сказал:
- Да.

- Лиа так выросла, уже вот такая, - Сти поднял ладонь на четыре фута от пола. - Восемь лет. Папина дочка, ходит на танцы, танцует всё время, её учителя говорят, может получиться толк. На Рождество ей дали главную партию в школьном спектакле, видел бы ты, как она сияла. А Лукасу уже шесть, большой парень. Смотрит со мной футбол, хотя Эми считает, что я должен показывать ему только мультики. Женщины, да? Что б они понимали.

- У меня была дочь.

- Что? - Сти испуганно посмотрел на Брендана. - А, да. Конечно. Тамара. Это она меня нашла.

- Нет, - Брендан замотал головой, натянутая цепь от всё ещё зажатого в кулаке креста врезалась в шею при каждом движении, и Сти понял, чего боялся доктор Уэстон.

- Нив. Моя дочь. Нив.

Брендан начал раскачиваться на кровати, и Сти с трудом удерживал себя на месте за линией, но Брендан качался всё сильнее, и Сти наплевал на все свои обещания. Он просто сделал три быстрых шага, опустился на кровать и обнял твёрдое костлявое плечо. Сти ждал, что дверь распахнётся и его оторвут от Брендана в четыре руки всё те же санитары, но в комнате было тихо, а Брендан молча привалился к нему, и только изредка хрипло вздыхал. Сти осторожно поглаживал его по плечу и отчаянно боролся с собой, потому что ему хотелось прижаться щекой к макушке Брендана, - и он не мог заставить себя это сделать. Пока не мог.

Он не знал, сколько они просидели так, почти обнявшись, когда Брендан пошевелился и, оперевшись о колено Сти, распрямился и отодвинулся, сбрасывая с плеча его руку и одновременно поворачиваясь так, чтобы посмотреть ему в лицо. Скрипнула приоткрывшаяся дверь - видимо, так Сти давали понять, что сегодняшнее свидание окончено.

- Мне пора идти, - Сти поднялся с кровати и потянулся, разминая затёкшие суставы - Брендан, даже исхудавший, был довольно тяжёлым. - Пока, Брендан.

- Приходи потом, - донеслось до него.

Сти собрал последние силы, оглянулся и улыбнулся самой широкой улыбкой, на которую был способен.

- Обязательно.

Продолжение в комментариях

@темы: Доктор, меня вылечат?, zombie in my mind, fanfiction, crossover and over, and over, Hollyoaks или пресвятые дубы, псевдопсихиатрия

URL
Комментарии
2015-04-10 в 20:17 

Amnezyna
Граммар-далек Ѣ / Человек-кроссовер © Snake Gagarin
продолжение - 1

URL
2015-04-10 в 20:18 

Amnezyna
Граммар-далек Ѣ / Человек-кроссовер © Snake Gagarin
продолжение-2

URL
2015-04-10 в 20:19 

Amnezyna
Граммар-далек Ѣ / Человек-кроссовер © Snake Gagarin
окончание

URL
2015-04-11 в 14:07 

ушастое
я не тормоз, я медленный газ (ц)
ну хоть так они встретились. :small:
спасибо!

2015-04-11 в 14:59 

Finkay
раскрасить лица вставить перья и бегать по двору босым порой признайтесь каждый хочет но ссым (с)
Отличный кроссовер, с удовольствием прочитала :hlop:

2015-04-11 в 22:11 

Amnezyna
Граммар-далек Ѣ / Человек-кроссовер © Snake Gagarin
ушастое, это они ещё только начали! У меня они уже продолжают! В лучших традициях канона, с песнями и хороводами :)

Finkay, ну, значит, ждите продолжения :) Два читателя у него будут, можно будет выкладывать, как доведу до ума )

URL
2015-04-11 в 23:29 

Finkay
раскрасить лица вставить перья и бегать по двору босым порой признайтесь каждый хочет но ссым (с)
Amnezyna, ох, значит не показалось, что оно там будет. А то концовка даже удивила слегка.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Pride, procrastination and zombie

главная